Путь розы раскрывает работу мировой торговли цветами

автор: Денис Песков

ДАВАЙТЕ ВЫБЕРЕМ РОЗУ — например, лаймово-зелёный Лимбо — и проследим её путь от оранжереи до магазина. Начнём в понедельник утром, когда Лимбо срезают с розового куста в эквадорской оранжерее.


Эквадорская цветочная ферма

Это довольно крупная роза: стебель чуть длиннее 60 см, лепестков около сорока, и ожидается, что она простоит десять дней в вазе. Человек, срезающий её, ищет не только чистые безупречные экземпляры с прямыми стеблями, а отбирает цветы, которые достаточно раскрылись. На некоторых фермах покупатель  может выбирать из семи «стадий распускания», начиная с маленького туго свёрнутого бутона размером чуть более 2,5 см, который вероятно никогда не раскроется, до полураспустившегося цветка размером почти 8 см, который будет сохранять эту форму всё время пребывания в вазе. Большинство роз собирают на стадии, когда начинают разворачиваться первые лепестки. Это «стадия №3» по вышеуказанной классификации. Наша  Лимбо дозрела до «стадии №6», почти полураскрыта, — её лепестки созрели и сменили цвет с бледно жёлтого на блестящий шартрёз.

stages of rose

Сразу в воду нашу розу не помещают. Она ждёт других сестричек, и когда их набирается в районе 10 000, их отвозят в холодное производственное помещение. Латиноамериканские фермеры стараются выстраивать  «холодную цепь» от сбора до доставки, и эта цепь начинается прямо здесь. Но работать тут не только холодно, но и влажно, вы весь промокнете. Оставаться сухим на этой работе практически невозможно: бетонные полы мокрые, розы мокрые, и вода брызжет отовсюду.

Сперва Лимбо попадает к рабочему, который отщипывает нижние листья. После этого цветок сортируют по размеру бутона и длине стебля. Это прекрасная возможность повторно проверить розу на повреждения и отбросить всё, что нельзя будет продать (Первая возможность подворачивается в оранжерее — любая роза, что не выглядит «продаваемой» с первого взгляда сразу отправляется в компост). А это – потерянные деньги. Поэтому идут нескончаемые поиски минимизации наносимых в процессе сбора и транспортировки цветам повреждений, а также опыты с выведением стойких к грубому обращению сортов.

После того как Лимбо отсортировали, её пакуют в пачки по двадцать, тридцать или двадцать четыре штуки в зависимости от рынка назначения (Европейский рынок привык к покупкам, измеряющимся в десятках, но американцы по сей день предпочитают приобретать дюжинами). Более длинные стебли обычно отправляются в Европу, Россию и американским флористам, работающим в высоком ценовом сегменте, а более короткие посылаются в американские розничные продуктовые магазины, также торгующие цветами.

Наша Лимбо направляется на оптовый рынок, где она будет продана флористу для продажи в розницу. На время путешествия её поместили в пачку из двадцати роз. Работники упорядочивают цветы в аккуратные квадраты, обычно 5Х10 с прокладкой из папиросной бумаги каждые два ряда для защиты лепестков. Иногда каждый бутон обёртывают индивидуально. Далее они укладываются в картонки с логотипом производителя.

В зависимости от заводчика, времени года и самих цветов, иногда случается ещё один шаг. Перед тем как Лимбо покинет помещение, её и другие цветы из партии могут обмакнуть, бутоном вперёд, в бочку с фунгицидом, дабы избежать серой гнили (botrytis) – грибка, вызывающего появление непривлекательных серых или коричневых точек на розах. Эта практика особенно распространена во время дождливой погоды, когда гниль легко распространяется.


Фермеры знают, что цветы будут проверяться в стране прибытия, и они также знают, что покупатели не хотят роз с пятнами. Так как гниль может появиться на розе после того, как она покинула ферму, цветоводы не могут ориентироваться только на визуальный осмотр. Продавцы цветов в магазинах тоже придирчиво осматривают цветы и обдирают заболевшие лепестки и листья, оставляя конечному покупателю всё, что останется. Так что их дважды макают в фунгицид – поочерёдно бутоном и стеблем. Люди, выполняющие эту работу, носят респираторы.

Сейчас день понедельника, и Лимбо уже срезали, отсортировали, макнули и упаковали. Она стоит в ведёрке и готова к холодильнику. То, что произойдёт далее, невероятно важно для её выживания.
В тот момент, когда Лимбо срезали, стартовала целая серия физиологических изменений, каждое из которых ведёт к увяданию — пониканию и старению цветка. Во-первых, цветок начинает дышать быстрее, и это расходует запасённую энергию — сахар или углеводороды — расщепляя их, выпускает энергию, воду и углекислоту. Обычно растение использует энергию, чтобы строить больше клеток, транспортировать питательные вещества и вообще оставаться здоровым. Но будучи срезанным, оно ускоряет дыхание, что залечить рану. То, что его срезали в тёплой оранжерее, не играет роли — при высоких температурах растение в любом случае дышит быстрее. Поэтому цветоводы стараются как можно быстрее доставить цветы в охлаждённое пространство — им нужно снизить темп дыхания и помочь ему сохранить запасы.

Наша Лимбо сжигает свои запасённые сахара чрезвычайно быстро. Конец углеводов приводит к настоящему кризису для цветка, вынуждая его делать трудный выбор. Его задачей является производство семян, так чем можно пожертвовать ради выполнения этой цели? Нижние листья первыми лишаются подкормки, что приводит к их увяданию и пожелтению (драгоценный хлорофилл пересылается дальше в растение) и отпадению. Производство аромата слишком дорого, поэтому если оно было, то, как правило, снижается. Внешние лепестки скидываются, а молодые растущие лепесточки могут быть меньше по размеру и менее яркими, так как энергия, обычно идущая на производство пигмента, перенаправляется на производство семян.

Это не всё. Лимбо начинает терять воду с минуты среза. Кустистое растение вроде розы менее уязвимо к потере воды, нежели  нежный душистый горошек, что и является одной из причин, почему крепкие цветы с толстыми стеблями более популярны в качестве товара. Растения теряют воду в процессе, называемом восходящий ток, в котором вода и минералы переносятся от корней к листьям, где она испаряется через поры, называемые устьицами. Когда стебель срезан, ток, тем не менее, продолжается достаточно долго, в результате чего растение буквально закачивает воздух туда, где обычно транспортируется вода. Эти пузырьки воздуха блокирует течение воды, из-за чего и требуется подрезать стебли каждый раз, как цветок извлекается из воды даже на несколько минут.

Чтобы противостоять этой цепочки событий, цветоводу требуется закачать воду в цветок как можно скорее. После того как вместе с 19 другими цветами в связке Лимбо выходит из производственного помещения, его поместят в специальный увлажняющий раствор. Это такая подкормка. Раствор подкормки содержит лимонную кислоту, снижающую pH уровень воды, что дайт кислый состав, который быстро попадёт в ткани цветка вместе с дезинфектантом, потому что при срезе создаётся идеальная среда для бактерий. Иногда включается настоящая еда – сахар. Вся эта накачка не предназначена для гарантирования долгого стояния в вазе у вас дома – максимум, что даёт пребывание в таком растворе 12-24 часов при температуре близкой к нулю, это один дополнительный день транспортировки. И это единственный способ подготовить цветы к следующему, самому трудному этапу их путешествия.
К утру вторника Лимбо подкормили, вытащили из воды, завернули в пластиковый рукав и упаковали в длинную, прямоугольную картонную коробку, в которой лежат от 4 до 6 пачек, бутонами наружу в обе стороны и стеблями, встречающимися посередине. Шесть коробок составляют палету. Наполненная, она может содержать до 7 000 роз. Даже самая маленькая ферма наполняет парочку паллет в день. Что происходит далее зависит от производителя. Некоторые сами везут цветы в аэропорт в грузовике-рефрижераторе. Другие используют транспортную компанию, обслуживающую нескольких фермеров округи и доставляющая цветы до страны назначения. Некоторые продают цветы экспортёрам или компаниям, составляющим букеты ещё до отправки.

***

Вечером вторника Лимбо уже в багажном отсеке пассажирского самолёта и летит из Кито в Майами. Всего второй день после срезки и она уже так много пропутешествовала.
«Обычно в день прилетает 10-12 самолётов из Колумбии. В районе дня Св. Валентина их может быть по сорок в день. Вам не приходило в голову, почему розы так дорого стоят в это время года? Одна из причин в том, что когда прилетает так много самолётов в день, обратно они возвращаются практически пустыми. А топливо недёшево сейчас», — рассказывает таможенный эксперт аэропорта Майами.
Большинство скоропортящихся вещей прилетающих из Латинской Америки отправляются последним вечерним рейсом, когда остывший воздух делает легче взлёт в условиях высокогорья для тяжёлых грузовых самолётов, да и стоящим на горячей взлетной полосе контейнерам тоже полегче.  В районе четырёх утра они прилетают, а к десяти все проверки окончены, и груз отправляется дальше.

Тем не менее, инспекция в аэропорту Майами является бутылочным горлышком логистической цепочки, и все цветы, попадающие в страну, должны сквозь него протиснуться. Это самая критическая точка для латиноамериканских производителей: если инспектор обнаруживает хоть одного жучка или пятнышко грибка на цветке, вся партия или забраковывается, или вынуждена пройти фумигацию в аэропорту, что приводит к росту издержек и задержкам. Однако, в отличие от ввозимых фруктов и овощей, цветы не проверяются на следы незаконной обработки пестицидами. В конце концов, их же не собираются есть. Это создаёт ситуацию, в которой производителей, по сути, подталкивают к использованию максимального количества пестицидов, чтобы уничтожить малейшую возможность появления вредителей в коробке с цветами. Только бы пройти инспекторов из Майами. Обычно они досматривают около 2% цветов в палете. Тот же эксперт рассказывает: «С розами обычно проще. В розах редко заводятся жуки. А вот гипсофила имеет множество букашек. Поэтому важно, чтобы маркировка цветов была правильной, чтобы инспекторы знали, с чем они конкретно собираются иметь дело».

Руководство Департамента сельского хозяйства по осмотру срезанных цветов распределяет их в зависимости от страны происхождения и обозначает  уровень опасности заражения вредителями в зависимости от того, какие вредители распространены в этой стране и какие методы там используются для борьбы с ними. Альстромерии из Европы, например, считаются опасными с точки зрения заражённости вредителями, но тот же цветок из Эквадора нет. Астры из Колумбии – высокий риск; астры из Коста-Рики – нет. Розы из любого места не относятся к зоне риска; тайские орхидеи – высокий риск. В зависимости от уровня риска инспекторы могут взглянуть на 1-2 коробки каждого цветка или же досмотреть от 25 до 100 процентов всего содержимого.

Многие экспортёры уже имеют соглашения на тот случай, если коробка цветов не пройдёт проверки. Цветы могут отослать обратно, что обычно крайне дорого, они могут быть сожжены, или окурены фумигатором метил бромидом в камере в аэропорту. Фумигация занимает полтора часа.
Из аэропорта Майами просмотренные цветы разлетаются во всех направлениях по воде, воздуху, по рельсам и по дорогам. В районе аэропорта находится 75 компаний, который занимаются только исключительно цветами. В них трудятся свыше 6 000 человек.

После того как Лимбо выбирается из этого лабиринта и проходит сквозь обширную сеть импортёров, экспортёров, поставщиков, дистрибьюторов, аукционы, оптовиков и торговцев в розницу уже сложно точно сказать, где она окажется. Но давайте предположим, что она направляется на оптовый рынок Манхэттена. Мы помним, что её срезали в понедельник, упаковали и увезли во вторник, в Майами она прилетела в среду утром. Она была лишена воды и хранилась при температуре лишь чуть выше нуля уже в течение 24 часов. Проверка в аэропорту прошла гладко и к 10 утра она прибывает в центр дистрибуции в Майами. Зелёные розы сейчас нарасхват, и потому Лимбо удаётся быстро покинуть Флориду и после обеда она уже направляется в Нью-Йорк. Грузовику требуется 24 часа, чтобы довезти её вдоль восточного побережья до пункта назначения, так что к утру пятницы роза оказывается в Нью-Йорке, у оптовика в цветочном районе на Двадцать восьмой улице.

Этот рынок закрыт для обычных покупателей – у вас должна быть специальная лицензия перепродавца. Флорист из цветочного бутика на Upper West Side посылает закупщика на рынок в поисках чего-то новенького и интересного, и зелёная роза приковывает её взгляд. Лимбо оказывается в этом магазине вечером пятницы и в субботу она покидает его в составе однотонного букета из зелёных роз, зелёных шарообразных хризантем и бледно-зелёных коробочек опиумного мака.

Покупатель заплатил около $5 за каждую розу Лимбо в букете. Флорист купила их по $1.50 или $2 за штуку – это премиальная цена достойная роскошной розы. В понедельник, когда тот же самый цветок покинул ферму и отправился по пыльной, засаженной эвкалиптами дороге к Панамериканскому шоссе и далее в Кито, он принёс цветоводу, вырастившему его и приготовившему его к долгому путешествию, тридцать центов. А как насчёт рабочих, срезавших стебель, оборвавших лишние листья, обмеривших, упаковавших и погрузивших его в грузовик? Их зарплаты составляют менее 4 центов в каждой проданной Лимбо.