Экономика Третьего Рейха

автор: Денис Песков

Цена разрушения. Создание и гибель нацистской экономики. А. Туз. Издательство Института Гайдара. 2018.

***

Третий рейх объявил своей задачей использовать государственную власть с целью координировать работу промышленности для разработки стандартизированных и упрощенных образцов важнейших потребительских товаров. Они должны были производиться по максимально низкой цене, что позволило бы германскому населению моментально достичь более высокого уровня жизни. Все эти товары в большинстве случаев получали определение Volk («народный»): Volksempfaenger («народный радиоприемник»), Volkswohnung («народная квартира»), Volkswagen («народный автомобиль»), Volkskuehlschrank («народный холодильник»), Volkstraktor («народный трактор»).

275 млн. рейхсмарок, внесенных желающими приобрести Volkswagen, обесценились во время послевоенной инфляции. После длительных судебных разбирательств первые клиенты Volkswagen получили частичную компенсацию лишь в 1960-е гг.

***

Советский Союз быстро превратился для Германии в главный источник импортных кормов для скота. Кроме того, в 1940 г. Советский Союз на 74% удовлетворил потребности Германии в фосфатах, на 67% – в импортном асбесте, на 65% – в хромитовых рудах, на 55% – в марганце, на 40% – в импортном никеле и на 34% – в импортной нефти. Как выразился полковник Эдуард Вагнер, генерал-квартирмейстер германской армии, «заключение этого Пакта Молотова-Риббентропа спасло нас».

***

Распространена точка зрения, согласно которой Третий рейх мог бы еще сильнее поднять налоги. Но при этом игнорируется тот факт, что в Германии в конце 1930-х гг. налоги и без того были самыми высокими в Европе. С учетом скромного уровня жизни германского населения не стоило особо рассчитывать на крупные поступления от подоходного налога или налога на потребление. Поэтому Министерство финансов применило выборочный подход. Осенью 1938 г. был повышен налог на прибыль организаций. Одновременно с этим государство ограбило закрома местных властей, перенаправив сотни миллионов рейхсмарок на достижение общенациональных целей. А Рейхсминистерство финансов издало строгое предписание о прекращении строительных проектов за счет государства, проводившихся без прямого разрешения Берлина. С целью гарантировать, что львиная доля частных сбережений достанется Рейху, а не частному сектору, Рейхсбанк оказывал систематический нажим на сберегательные банки и страховые компании, добиваясь того, чтобы они вкладывали свои средства в государственные облигации и краткосрочные бумаги. Наиболее драматичными были целенаправленные усилия государства по пресечению частного строительства – самой важной формы частных инвестиций. Осенью 1938 г. Рейхсбанк полностью запретил выдачу новых ипотечных займов.

Рейхсбанк и Рейхсминистерство финансов после обескураживающего опыта с привлечением народных средств, полученного в конце 1938 г., не намеревались полагаться на патриотический подъем и выпускать военные займы. Вместо этого они занимались косвенным заимствованием, привлекая деньги, скапливавшиеся в закромах местных властей, страховых фондов и местных сберегательных банков. В 1940 г. одни лишь сберкассы вложили в военную экономику 8 млрд. рейхсмарок. В 1941 г. их вклад составил 12,8 млрд. рейхсмарок. Частных инвесторов, чьи средства ускользали от Рейхсбанка, принуждали ссужать деньги государству таким простым способом, как сокращение выпуска всех прочих доходных активов и жесткое ограничение биржевых спекуляций. Никакого принуждения не потребовалось. Средства было просто не во что инвестировать, кроме государственного долга.

***

перевооружение являлось важнейшей и определяющей силой, стоявшей за экономической политикой уже на самых ранних этапах. Все остальное приносилось в жертву этой цели. За шесть лет с января 1933 г. до осени Мюнхенского кризиса гитлеровский режим увеличил долю национального производства, достававшуюся вооруженным силам, с уровня, не превышавшего 1%, почти до 20%. Никогда прежде ни одно капиталистическое государство в мирное время не видело перераспределения национального производства в таких масштабах и с такой скоростью.

Перевооружение обошлось стране в большую цену. Интересы производителей потребительских товаров и фермеров уже в 1934 г. были принесены в жертву перевооружению. С 1935 г. масло и мясо во многих немецких городах фактически нормировались. Гитлер был готов пойти на это. Как он заявил в начале ноября 1939 г. начальнику управления вооружений генералу Карлу Беккеру, «Войну с Англией не выиграть кухонными плитами и стиральными машинами».

***

За всю войну Германии ни разу не удалось собрать морские или воздушные силы, необходимые для господства над Британскими островами, хотя недостатка в таких попытках не было. Такая задача просто превышала индустриальные возможности Германии.

***

При всех словах Черчилля о «крови, поте и слезах» Великобритания так никогда и не догнала Германию по уровню мобилизации внутренних ресурсов. Быстро преодолеть отставание от германской военной промышленности Великобритании в первые годы войны позволила готовность, с которой ей подставили плечо ее заморские владения и Соединенные Штаты.

***

К осени 1944 г. оно достигло максимума, составив 7 млн. 907 тыс. человек. В тот момент на долю иностранных рабочих приходилось более 20% всей германской рабочей силы. Иностранцами были более трети всех рабочих, трудившихся на оружейных предприятиях Третьего рейха. На заводах Reichswerke Hermann Goering и люфтваффе доля иностранной рабочей силы сплошь и рядом превышала 40%1633. На отдельных производственных линиях она могла быть еще более высокой. Как похвалялся в июне 1943 г. статс-секретарь Мильх, бомбардировщики Ju-87 «Штука» «на 80% производятся русскими».

Если набор рабочей силы в Западной Европе прекратился во второй половине 1943 г., то на Востоке он продолжал осуществляться с прежней жестокостью1638. С октября 1943 г. по лето 1944 г. немецкие армии, отступавшие на Востоке, вывезли из зоны боевых действий на работу в Германии более 400 тыс. человек. Третьим рейхом после военного кризиса 1941– 1942 гг. было погублено не менее 4,8 млн. трудящихся – и почти 7 млн., если учитывать советских военнопленных, замученных в 1941 г. 
Эти ошеломляющие цифры могут привести нас к выводу о том, что для режима, существовавшего в Третьем рейхе, экономические соображения имели лишь второстепенное значение. В конечном счете приоритет политики был абсолютным.

Вся сложная система связей между стоимостью рабочей силы, производительностью и ценами полностью задокументирована лишь в нескольких случаях, одним из которых является туннель Лойбль между австрийской Каринтией и Словенией. Согласно подробным бухгалтерским ведомостям, составленным Universale Hoch und Tiefbau AG – главным подрядчиком, использовавшим рабочую силу численностью в 800 человек разных национальностей из концентрационного лагеря Маутхаузен, – их производительность в целом была на 40% ниже, чем у немецких рабочих. Тем не менее, даже с учетом издержек на оплату услуг СС, содержание дополнительной охраны, замену слишком слабых рабочих и различные бонусы, труд лагерников все равно были выгоднее наемного труда.

***

Освенцим. Завод (обеспечивавшийся ранее рабсилой концлагеря) пережил крах коммунизма и сегодня является третьим по величине производителем синтетического каучука в Европе, удовлетворяя примерно 5% глобального потребления.

***

Отчаянная потребность в техническом решении проблемы приводила как к преувеличенным надеждам, возлагавшимся на отдельные системы вооружений, так и к ускоренному осуществлению очень рискованных проектов, итоги которого становились еще более непредсказуемыми из-за постоянных проблем с рабочей силой и материалами. Самолет Me-210, танки «Пантера» и «Тигр», ракеты Фау-1 и Фау-2, всевозможные реактивные и ракетные самолеты, подводные лодки XXI серии – все это были многообещающие виды оружия. К концу войны «Пантера», оказавшаяся таким разочарованием под Курском, превратилась в боевую машину, вызывавшую зависть у западных держав и послужившую образцом при создании послевоенных основных боевых танков. Трофейные подлодки XXI серии стали образцом для большинства подводных лодок мира, построенных в 1950-е гг., но они не оказали абсолютно никакого практического влияния на ход войны.

Если в 1942 г. где-либо и произошло настоящее «оружейное чудо», то это случилось не в Германии, а на военных заводах Урала.

***

К осени 1944 г., несмотря на неуверенное продвижение британских и американских армий и ужасные потери, которые по-прежнему несла Красная армия, окончательное поражение вермахта явно оставалось вопросом нескольких месяцев. В последние месяцы войны неясным оставалось лишь то, что раньше рухнет – вермахт или немецкая военная экономика. Территориальные потери, понесенные с начала 1944 г., стали смертельным приговором для военной экономики. Из-за утраты контроля над украинскими месторождениями руды в феврале 1944 г. сталеплавильная промышленность могла продержаться в лучшем случае еще полтора года. Поставки нефти из Румынии – необходимое условие для продолжения крупномасштабной мобильной войны – прекратились к апрелю 1944 г. Эти потери означали, что часы Германии сочтены. Но сами по себе они не могли повлечь немедленного краха. Немецкую экономику парализовали не территориальные потери, а начало кампании воздушных бомбардировок, имевших совершенно беспрецедентную интенсивность.

***