Брендинг международных аэропортов (Продолжение).

автор: Денис Песков

Топ-30

 Приведенная выше сборная статистика, безусловно, интересна, однако я хотел бы обратиться к более показательным вариантам рассмотрения полученного массива данных. Предлагаю начать с рейтинга ТОП-30 – 30 самых загруженных аэропортов по международному пассажиропотоку. Он несколько разнится с подобной же тридцаткой самых загруженных аэропортов вообще, но на такую статистику становится серьезным влияние развития авиасообщения в стране вообще и, как следствие, количество внутренних рейсов и пассажиропотока. Не в последнюю очередь именно из-за этого нам пришлось бы тогда рассматривать в основном только аэропорты США.

Наша статистика ТОП-30 взята на сайте Airports Council International (www.aci.aero) — Международного Совета Аэропортов, некоммерческой ассоциации объединяющей аэропорты мира, и актуальна она

на июнь 2010. Данный пассажиропоток никак не делится и объединяет в себе все возможные цели поездок: деловые, туристические, учебные, миграцию. Согласно информации Совета транзитные пассажиры посчитаны лишь один раз, в конечной точке своего маршрута.

Территориально тридцать аэропортов расположились по частям света следующим образом:

top30

Как мы видим, первенство принадлежит Европе, остающейся самой привлекательной частью света, а Африка сюда не попала вообще. Очевидно, что развитость и удобство авиасообщения в Европе, низкие тарифы первозчиков (в том числе и дискаунтеров), значительное количество населения и его платежеспособность помогают Старому свету уверенно лидировать. Я бы мог проявить принципиальность и считать перелеты внутри стран ЕС как внутренний траффик, (чем он, по сути, и является), однако подобной статистики у меня, к сожалению, нет. Но если бы такие подсчеты существовали, то скорее всего рейтинг выглядел бы радикально иным образом, ведь такие сверхпопулярные рейсы как Хитроу-Дублин, Хитроу-Амстердам, Хитроу – Париж-Шарль де Голль, а также Париж-Шарль де Голль – Рим-Леонардо Да Винчи скорее всего похожи на многие, исключенные из подсчета американские рейсы, например, Нью-Йорк – Лос-Анджелес.

И действительно, не в последнюю очередь благодаря этому, возглавляет наш рейтинг ТОП-30 лондонский аэропорт Хитроу, перевезший за 8 месяцев 2010 года 40 239 190 пассажиров. На втором месте идет парижский  Шарль де Голль, а на третьем – гонгконгский аэропорт. Испания и Великобритания имеют по три представителя в рейтинге, а Германия, США, Италия, Турция и Китай по два.

Из 30 представленных аэропортов чуть больше половины обладают именем (16 из 30). Эти 16 названий можно распределить лишь по четырем подгруппам:

Busiest

Подавляющее большинство (две трети) является топонимами как, например, в случаях Мадрид – Барахас, Токио- Нарита, Милан-Мальпенза. Ататюрк, Шарль де Голль, Кеннеди и Пирсон – те четыре политика, в честь которых названы аэропорты Стамбула, Парижа, Нью-Йорка и Торонто. Оставшиеся два названия принадлежат римскому Леонардо Да Винчи и бангкокскому Суварнабхуми. Оно напоминает о легендарном королевстве, существовавшем в Юго-Восточной Азии, в том числе и на территории современного Тайланда. В том же 2006 году на Тайване произошла весьма примечательная смена имени одного из членов рейтинга ТОП-30 – тайбэйского. После первого за десятилетия правления партии гоминьдан поражения на выборах, он был лишен одиозного имени генералиссимуса Чан Кайши, и теперь называется просто в честь провинции, где расположен.

Сложившаяся ситуация (доминирование топонимов), скорее всего, будет медленно, но верно меняться. В пользу этого говорит то, что все больше фокусных новых аэропортов входят в строй уже с полными значения именами. А медленно это будет происходить потому, что чаще всего новые аэропорты строят на смену менее значимым. Построить комплекс, полностью заменяющий важный существующий узел – крайне дорогая затея. Однако, как я покажу далее, случается и такое.

Столицы

Начиная свое исследование названий столичных аэропортов, я предполагал, что они должны быть в силу своей специфики в среднем более политизированы, чем остальные.

capitals

В какой-то мере это действительно оказалось так. Целых 74% столичных аэропортов обладали особым именем, подчеркивая тем самым свою отличительную статусность. Это самое высокое значение среди всех исследуемых групп. В отличие от аэропортов всего мира, в столичных доля категории Политики и, в некотором роде родственной ей, Исторические фигуры/события увеличена (на 10% и 33% соответственно). По Политикам это третий результат среди выборок, вслед за Африкой и Азией. При этом доля топонимических названий осталась неизменной, равно как и представительство Людей Неба, Мифологии,Религии и Деятелей Науки – по 7, 3 и 2 процента соответственно. Сильно сократилось представительство деятелей культуры. Категория «Прочее» исчезла вовсе.

Взгляд именно на столицы во многом позволяет увидеть, какой страна хочет, чтобы ее видели. Латинская Америка полна революцией: Сандино (Манагуа, Никарагуа), Хосе Марти (Гавана, Куба), Симон Боливар (Каракас, Венесуэла), Туссен-Лувертюр (Порт-о-Пренс, Гаити). Канада не забывает указать на свой особый статус: аэропорт Оттавы им. Макдональда и Картье носит имена двух премьеров – англо- и франкофона. Столица США носит имя госсекретаря и губернатора Нью-Йорка Джона Фостера Даллеса. Другой американский государственный деятель – президент Кеннеди – одно время был увековечен в имени столичного аэропорта Боливии Эль Альто. Однако в 1999 это имя решили убрать. Глядя на современную Боливию и ее взаимоотношения с США, кажется, что этот шаг был рано или поздно неизбежен.

Вполне естественно выглядят и беспрестанные попытки всевозможных манипуляций с именами столичных аэропортов – как и памятники на площадях, они являются эффектными орудиями пропаганды победителей. Багдадский аэропорт им. Саддама Хуссейна предсказуемо потерял свое имя после падения режима своего тезки. Нового названия он так и не получил, так как найти какой-то символ, объединяющий или не оскорбляющий каких-то представителей пестрого политического поля Ирака, очевидно, не просто. Та же участь постигла аддис-абебский им. Хайле Селассие I: промарксистский подполковник Менгисту Хайле Мариам не смог потерпеть имени эфиопского императора прямо у себя в столице.

Волна переименований прокатилась по ЮАР после падения апартеида. Имена теоретиков и практиков режима были смыты с воздушных ворот преображенной страны. Подобная участь постигла и служащий столице Претории аэропорт Йоханнесбурга: вместо имени Яна Смэтса он стал носить имя темнокожего Оливера Тамбо, одного из ключевых членов Африканского национального конгресса.

Иногда эмоции победивших превосходят чувство меры, и внешние силы приводят их в чувство. Так случилось с аэропортом многострадальной боснийской столицы Сараево. Попытка назвать ее именем первого президента и лидера мусульман страны Алии Изетбеговича была пресечена Высоким представителем по Боснии и Герцеговине ввиду того, что сей шаг мог вызвать непонимание со стороны небоснийских меньшинств и препятствовал бы налаживанию взаимопонимания в боснийском обществе.

Также на примере главных аэропортов государств мне удалось найти иллюстрацию политического перетягивания каната, в котором оспаривается право на национальный символ. Так Сербия смогла-таки отстоять от притязаний Хорватии свое право на ученого-изобретателя Николу Теслу. А в случае же Македонии и Греции спор по поводу национального героя является продолжением затянувшегося на десятилетия спора о названиях и праве на историю. Столичный аэропорт Скопье зовется именем Александра Великого (Македонского), бросая вызов соседней греческой области («периферии») Македония. На него Греция ответила наречением аэропорта Салоник «Македонией», а международного аэропорта Кавалы (соседней области восточная Македония и Фракия) — «Мегас Александрос», понимая, что амбициозные соседи все поймут и без перевода.

Случается, что переименование происходит по инициативе народных масс. Так аэропорт Дакки, столицы Бангладеш, был в 2010 переименован в честь Шаха Джалала – святого суфи, хотя ранее он был посвящен убитому президенту страны. Некоторые государства же, наоборот, прислушиваются не к собственному народу, а ориентируются на туристов, и в результате имена главных воздушных ворот страны начинают звучать несколько экзотически. К таковым относятся уже упоминавшийся тунисский Карфаген, колумбийский Эль Дорадо (Богота) и Las Américas (Санто-Доминго, Доминиканская республика).

Имена некоторых столичных аэропортов говорят приезжим многое – им. Беназир Бхутто (Исламабад, Пакистан), Шарля де Голля (Париж, Франция), но о других, не будучи специалистом, догадаться сложно. Однако это не умаляет интересности их выбора. В общем и целом, необычайно высокий процент личных имен аэропортов (74%) подчеркивает серьезность отношения правительств к этой стороне брендинга страны. Более того, я уверен, что доля имен со значением, по-возможности максимально узнаваемым, будет особенно расти в среде столичных аэропортов. Грандиозные премьеры новых аэропортов теперь почти никогда не проходят без наречения знаковым именем.

Новый международный аэропорт Тегерана был назван именем Имама Хомейни, открывшийся в июле 2010-го аэропорт в Нью-Дели – в честь Индиры Ганди, а открывающийся в 2012 году главный аэропорт Берлина будет носить имя канцлера Вилли Брандта. Там где до строительства нового аэропорта далеко, власти переименовывают имеющийся. Последний случай произошел в марте 2011: решением Парламента страны аэропорт Будапешта Ферихедь стал им. Ференца Листа. Представить себе открытие столичных аэропортов без наполненного смыслом названия становится все труднее.

В  заключение обзора я хотел бы добавить, что, как выяснилось, Австралия и Мьянма не имеют столичных аэропортов, из которых выполняются международные рейсы.

Популярные города и популярные туристические достопримечательности Топ-100 и Топ 50

Последний угол, под которым я хотел бы взглянуть на собранный массив данных, представляет собой самые популярные места планеты. Это могут быть туристические места: природные и рукотворные чудеса света, парки развлечений, места религиозных паломничеств и т.п. А могут быть исторически сложившиеся или вновь образованные центры деловой активности, центры принятия управленческих решений и т.д. То есть при  отсутствии разбивок международного пассажиропотока по категориям данный взгляд дает основания полагать, что аэропорты, расположенные вблизи мировых центров притяжения должны принимать наибольший процент путешествующих самолетами. Конечно, с известными оговорками. Но ввиду отсутствия официальных данных более точного приближения достичь вряд ли возможно. Также рассмотрение именно данной категории воздушных портов сможет выступить в роли самой достоверной иллюстрации тенденции брендинга аэропортов.

В качестве источника для компиляции базы данных аэропортов я использовал два рейтинга. Первый, это составляемый ежегодно лист ста самых посещаемых городов. Это очень детальное исследование, подготовленное агентством Euromonitor. Оно чутко реагирует на малейшие изменения в мировой конъюнктуре и учитывает такие факторы, как изменения обменных курсов валют, вспышки эпидемий, экономические кризисы, а также много других переменных, способных серьезно влиять на объемы пассажиропотоков. Данное исследование исключает посетителей из той же страны, и учитывает приток туристов, поступающий по всем каналам, — это наземный, воздушный и водный транспорт[1]. Получившийся список дает объективный взгляд на популярность городов планеты, являющихся конечными пунктами путешествий. Последний такой рейтинг был опубликован в январе 2011, и он оценивает результаты 2009 года. После анализа списка, я исключил из него 6 городов, так как в них (или вблизи них) не находится аэропорт с международными рейсами[2]. С другой стороны, многие города оказались доступны не только с помощью аэропортов номинально приписанных к ним, но и из чуть более отдаленных, но при этом постоянно использующихся для полетов в них. Это, в частности, распространенная практика авиакомпаний-дискаунтеров. Так в Нью-Йорк можно попасть и через нью-джерсийский «Свобода», расположенный в Ньюарке, а Париж и Мюнхен через Бовэ и Мемминген соответственно. Где возможно, я учел данное обстоятельство, наряду с тем фактом, что ряд городов обслуживается сразу несколькими аэропортами (например, Москва, у которой их три). В итоге, по моим подсчетам, в 94 самых посещаемых города планеты можно добраться через 133 аэропорта.

С полным перечнем городов можно ознакомиться по уже приведенной ссылке на сайте агентства Euromonitor. Возглавляет список Лондон, за которым следуют азиатские столицы Бангкок и Сингапур. Интересно, что, даже потеряв как минимум 5 городов из списка 100, Азия и Океания обошли Европу, набрав 37% (35 городов). У Европы немного меньше – 35%, или 33 города. Чуть дальше держатся Америки: 21%, или 20 городов. Африка с 6 городами и 6% безнадежный аутсайдер.

Если сопоставить этот рейтинг с уже приводившейся в начале статьи тридцаткой самых загруженных по международному пассажирообороту аэропортов планеты, то контраст будет заметный. Если помните, то там безоговорочным лидером выступала Европа с 60% всех аэропортов, Азия и Океания уступали ей вдвое (30%), а Америки имели символические 10%. Что из этого может следовать? Осмелюсь предположить, что рейтинг Euromonitor отражает более близкую к реальности картину. То есть Европа лидирует по полетам лишь в силу того, что у ее жителей и гостей есть больше возможностей летать: у них больше денег, авиасообщение более развито и удобно и т.д. Однако по своему потенциалу Азия и Океания стоят как минимум вровень с ней. Поэтому я полагаю, что они выровняются. Случится это, как только то, что я частично перечислил в качестве факторов лидерства Европы, станет возможным в Азии.

Однако вернемся к замеру наличия и разнообразия имен аэропортов самых посещаемых городов.



[1] Ознакомиться с методологией исследования можно здесь: http://www.euromonitor.com/euromonitor-internationals-top-city-destinations-ranking/article

[2] Это вьетнамский Халонг, индийская Агра, Иерусалим, тайская Паттайя, турецкий Эдирне и некая «Восточная Провинция», точно идентифицировать которую мне не удалось.

top100

Значительное число – более двух третей, или 67% — аэропортов имеют название. Лидеры неизменны: «Топонимы» и  «Политики» имеют 53 и 20 процентов соответственно. Еще бы я отметил уверенное третье место Людей Неба (13%). Не везде присутствующая категория повторила рекорд выборки «Америки». Напомню, что в Топ-30 самых загруженных аэропортов мира ее также нет. Остальные категории радуют лишь своим наличием, придавая выборке столь ожидавшееся разнообразие. Их доли – в пределах привычных показателей.

Как признаются авторы, они стремились по возможности исключать из перечня пляжные и лыжные курорты, которые, тем не менее, могут привлекать значительное количество туристов. Поэтому я решил взглянуть только на туристические «мекки», используя другой рейтинг – Топ-50 туристических мест планеты. Я использовал рейтинг журнала Forbes Traveler, который в 2007 году опубликовал рейтинг «50 самых посещаемых туристических достопримечательностей мира».[1]



[1] С ним, в частности, можно ознакомиться здесь: http://scatts.wordpress.com/2008/10/03/the-worlds-most-visited-attractions/

Топ-50

top50

Возглавила список нью-йоркская площадь Таймс-сквер, которую за год посетило 35 миллионов человек. Объекты из списка Топ-50 можно достичь из аэропортов всего 25 городов (за исключением Национального Парка Грейт-Смоки-Маунтинс для которого я не смог обнаружить подходящего близлежащего международного аэропорта). Это не так удивительно, если учитывать, что из того же Нью-Йорка в список попали еще Статуя Свободы, Эмпайр-стэйт-билдинг и Метрополитен-музей, а Лондон делегировал сразу пять объектов. Как и в предыдущем рейтинге, я по возможности учитывал несколько возможных вариантов прилета в требуемый город. Естественно, для объектов одного города я не суммировал аэропорты по много раз. В сумме это дало 39 аэропортов.

Что касается трех ведущих категорий, то ситуация тут практически идентична предыдущей. Есть, однако, и свои нюансы. Исторические фигуры и события отсутствуют. Это отчасти можно объяснить тем, что значительное число достопримечательностей – развлекательные парки и музеи. Мифология и Религия тоже отсутствуют. Для справки – Иерусалим, излюбленное место паломничества, со своими 2,2 миллионами посетителей в Топ-50 не попал бы, где стоимость «входного билета» начинается от 2,5 млн. (Тадж Махал, Агра, Индия).

«Общественники», Культура и Наука хоть и присутствуют в списке, но минимально. Пожалуй, главным сюрпризом этого рассмотрения является, помимо поразительного сходства с Топ-100, является непривычно высокая доля категории Прочее (7%). Однако высокой она кажется лишь потому, что выборка крайне небольшая. То есть два объекта уже дают такой заметный результат. Помимо уже упоминавшейся нью-джерсийской «Свободы», в эту категорию по пал аэропорт американского Финикса, обслуживающего Национальный Парк Гранд-Каньон. Он весьма оригинально называется «Скай-Харбор» — «Воздушная Гавань».

В общем и целом, оба популярных рейтинга показывают значительное разнообразие, и что самое главное- предельно низкое значение показателя Политики. Это во многом знаковое и говорящее событие. Мои комментарии на этот счет я поместил в следующем разделе Заключение. Добавлю, что от России в оба рейтинга попал Санкт-Петербург, а Москва фигурирует лишь в первом списке.

Заключение

Все мои основные предположения подтвердились:

  • Более развитые в плане авиасообщения континенты обладают более богатой палитрой категорий названий.
  • Аэропорты городов с большим пассажиропотоком используют названия чаще и с большей вариативностью, чем все остальные.

Креативность в названиях особенно заметна там, где придание имени нельзя оставлять без внимания или же пускать на самотек по политическим или коммерческим причинам. 74% столичных аэропортов обладают именами. 72% аэропортов, активно вовлеченных в обслуживание Топ-50 самых популярных туристических достопримечательностей также имеют имя.

Собранную мной информацию можно рассматривать и несколько по-другому, однако основные выводы от этого останутся неизменными. Более углубленным тестом на креативность исследование становится в том случае, если отбросить категорию Топонимы, очевидно, в какой-то мере выбираемую по умолчанию[1]. В таком случае с точки зрения брендинга ключевым в рассмотрении итогов становится положение категории Политики и государственные деятели – излюбленной среди ответственных за названия. Всего 7% имеет она в культурно богатой Европе (в четыре раза меньше, чем в среднем по миру!), но целых 51% в Африке (на 70% выше среднемирового уровня), пока более известной политикой и войнами, чем триумфами человеческого духа и интеллекта. Аэропорты группы Топ-100 самых посещаемых городов и Топ-50 самых популярных достопримечательностей тоже не задействуют чиновников: по 20% и 21%. Соответственно там, где категория Политики имеет более скромные позиции, другие выступают на передний план.

Еще раз хотел бы отметить, что данное исследование только позволяет получить срез текущей ситуации. Дабы правильнее понимать динамику процессов и делать какие-то прогнозы, такие «замеры» следует повторять с какими-то определенными интервалами. Только тогда мы сможем понять, насколько аэропорты подвержены различным модам в брендинге. Сейчас, например, еще сложно представить, что, как стадионы и спортивные арены, аэропорты начнут торговать своими названиями, но абсолютно отрицать такую вероятность нельзя.

Наверняка продолжатся тенденции переименования существующих «персонифицированных» аэропортов. И скорее всего такие изменения будут касаться категории, наиболее подверженной подобным переменам, а именно «Политики». В частности, строящийся на смену ашгабатскому Им. Сапармурата Туркменбаши аэропорт, будет назван Огуз Хан. Мифический прародитель туркмен сменяет более реального самопровозглашенного отца нации, уже покинувшего сцену.



[1] Наверное, неслучайно в США эта категория составляет всего 12,5%. Аэропорт – слишком удачный объект для брендинга, чтобы называть его столь тривиально. Однако это только при условии, что  власти решаются на какое-то имя вообще: лишь 46% международных (по определению данного исследования) аэропортов имеют название в Штатах.

В ходе исследования я наблюдал несколько случаев, в которых процесс выбора имени аэропорта становился предметом широкого общественного и парламентского обсуждения. В этой связи я надеюсь, что доля групп, сейчас мало представленных (Культура, Наука, Общественная деятельность), увеличится. Не раз и не два я видел, когда вместо куда более уместного названия из этих групп выбор делался в пользу менее известного миру политика или государственного деятеля.

Определенный резерв существует в виде названий существующих аэропортов, используемых пока неофициально, например, Королева София (Тенерифе, Испания), Штраус (Мюнхен, Германия). Таким образом, я предвижу, что по той или иной причине, в той или иной форме, брендирование аэропортов будет продолжать расширяться. Удачное название, правильно «поданное» приезжающему, вполне может начать настраивать прилетающих на «волну» принимающей страны уже в аэропорту, да и просто послужить поводом для начала разговора о ней с незнакомым соседом по креслу салона еще во время полета.

Россия

Мой отчет был бы неполным без упоминания ситуации, сложившейся с названиями российских аэропортов. Статистически они включены в анализ европейских аэропортов, но, по большому счету, похвастаться кроме как их числом особо нечем. Примерно половина (15 из 34) обладает более-менее официальным названиями, исключительно топонимами. Некоторые из них невозможно выговорить иностранцам (Москва — Домодедово), названия других сложно понять и русским (Волгоград — Гумрак, Самара – Курумоч. И это, заметьте, не в каких-то неславянских субъектах федерации).

А между тем близится столь долгожданная волна туризма, которой, по идее, дополнительный стимул должны придать всевозможные популярные мероприятия (в основном спортивного характера), права на проведение которых Россия с таким трудом выиграла.

Уже заявлена и, возможно, начала выполняться широкомасштабная программа строительства новых и модернизации имеющихся аэропортов. Мне кажется, что это хороший шанс включиться в мировую практику и сделать их названия «говорящими». Но что же мы видим? Строящийся на смену старому международный аэропорт Иркутска планируется назвать «Иркутск Новый». А ведь это упущенная возможность стоимостью миллионы, если не миллиарды долларов, потому что именно там у России есть один из немногих собственных, узнаваемых ВСЕМ миром брендов: Байкал.

Вполне можно перенять иностранный опыт и поднять на щит пионеров авиации. Я не призываю делать это искусственно, ведь это тоже может смотреться странно, как в случае главных аэропортов Вануату, Кирибати и Папуа-Новой Гвинеи, названных в честь австралийских и американских асов Второй Мировой Бауэра, Кэссиди и Джэксона. Но вот так сталось, что нижегородская земля подарила нам СВОИХ замечательных пилотов Нестерова и Чкалова, которыми можно и нужно гордиться и не забывать, а аэропорт Нижнего Новгорода стоит безымянным…

Грандиозная реконструкция питерского Пулково-2 – отличный повод дать аэропорту название, скажущее много многочисленным туристам самого посещаемого ими города России. Навскидку на ум сразу приходит имя Петра Великого, город этот самый и основавшего. Уверен, многие страны несказанно обрадовались бы, будь у них в распоряжении фигура такого исторического масштаба и настолько органично связанная с объектом.

Архангельский «Талаги» звучит, конечно, загадочно и экзотично, но разве местный уроженец, гениальный М.В. Ломоносов, не более подходящий во всех отношениях кандидат?

Необязательна привязка исключительно к персоналиям. Мое исследование показало, что удачные названия, работающие на имидж, можно отыскать в самых неожиданных местах. Набирающий вес из-за каспийских нефти, газа и уникальной природы астраханский «международник» можно наречь «Золотой Лотос» или «Дельта», Новосибирск и Красноярск могут поспорить за поэтическое «Сердце Сибири». И это я прошелся только по самым, можно сказать, очевидным вариантам. Местные историки, краеведы и маркетологи наверняка смогут дать еще много креативных названий нашим воздушным воротам. России надо активнее перенимать эту практику, столь органично дополняющую весь тщательно выстраиваемый в преддверии знаменательных событий имидж страны.

Давайте обратим свое внимание на регион, который первым примет на себя основную волну международных туристов – Сочи и Южный Федеральный Округ. Посетители сочинской Олимпиады 2014, скорее всего, устремятся к месту проведения или напрямую, или через пересадочные аэропорты. Международный аэропорт Сочи по моей классификации проходит как безымянный, или с названием «по умолчанию». Не уверен, что стоит что-то сейчас менять, когда до стартов осталось так мало. Не считая аэропортов Москвы и Санкт-Петербурга, из российских в качестве транзитных будут, скорее всего, использоваться соседние аэропорты региона. Аэропорты интересных и самобытных Ростова и Краснодара – «безымянные». Ставропольский «Шпаковское» — типичный скучный топоним. Однако приятным откровением стал аэропорт Махачкалы имени дважды Героя Советского Союза Амет-Хана Султана, военного летчика, участника Великой Отечественной. К сожалению, в основной анализ я не успел его включить, так как лишь совсем недавно он стал международным в моем определении: оттуда стали совершаться регулярные рейсы в Стамбул, в аэропорт Сабиха Гёкчен, тоже названный в честь пилота, вернее пилота-женщины. Тем не менее, если отбросить топонимы, это единственный аэропорт в России, обладающий именем. Другим крупным авиаузлом региона является аэропорт Минеральных Вод, однако в классификации данного исследования он также «безымянный». Безусловно, аэропортам регионов с таким огромным туристическим потенциалом следовало бы уделить больше внимания этой стороне брендинга.

Хотел  бы добавить, что «Аэрофлот», как раз уловил эту тенденцию. Все воздушные суда компании семейства А320, A330, Боинг 767, Ил-96 и Sukhoi Superjet 100 имеют собственные имена. «Аэробусы» названы в честь выдающихся русских композиторов (Прокофьев, Шнитке, Чайковский и др.), «Боинги» — в честь поэтов и писателей (Толстой, Достоевский, Пушкин и др.), «Илы» и «Сухие» — в честь известных летчиков (Чкалов, Коккинаки, Михаил Водопьянов и др.). Пример данной авиакомпании, уделяющей большое значение имиджу и понимающей его значимость, показывает, что и у нас есть как достаточный «пул талантов», так и люди, тонко прочувствовавшие все нюансы и потенциал подобного брендинга.